Николай Модестов «Москва бандитская 2» Хроника криминального беспредела 80-90-х годов XX века

Все началось из-за разногласий между крупнейшими акционерами и клиентами «Югорского» компаниями «Мегионнефтегаз» и «Нижневартовскнефтегаз». После того как от Кантора ушел «Мегионнефтегаз», его примеру последовал «ЛУКойл». Обеспокоенные действиями солидных компаний, поспешили перевести счета из «Югорского» и более мелкие клиенты. Но по-настоящему черные дни для детища Кантора наступили в тот момент, когда первым заместителем главы Министерства топливно-энергетической промышленности РФ назначили генерального директора «Мегионнефтегаза» Анатолия Фомина. Инвестиционные счета министерства были переведены в «Империал» и «ИнтерТЭКбанк». Нефтяной фонтан, так долго питавший банк «Югорский», иссяк...

Тем не менее «Югорский» по-прежнему считался крупным российским банком. Его основные структуры базировались в Москве, а филиалы располагались в Нефтекамске, Махачкале, Тюмени, Ханты-Мансийске и поселке Радужном Тюменской области. Банк занимался доверительным управлением ценными бумагами инвесторов, выпускал и обслуживал пластиковые кредитные карточки «Еврокард», осуществлял процентное финансирование и продажу валюты, проводил международные расчеты и все виды документальных операций.

С начала 1995 года «Югорский» находился в тяжелейшем финансовом положении в связи с несвоевременным возвратом кредитов - около 200 миллиардов рублей. Кантор, пытаясь хоть как-то выправить ситуацию, вплоть до дня своей гибели вел переговоры с «Российским кредитом» о выделении 50 миллиардов рублей. Условием получения денег был залог здания банка «Югорский». Но и здесь Кантора постигла неудача. В связи с тем, что здание было арендовано у московского «Нефтяного дома» и документы остались непереоформленными, кредит он так и не получил.